При подготовке настоящего Государственного доклада были проведены расчеты на основании данных Росстата и других органов, а также экспертных оценок.

По итогам этих расчетов и оценок общую сумму поддающихся определению затрат на охрану и рациональное использование водных ресурсов в стране (без учета амортизационных отчислений по соответствующим основным фондам и повторного счета посреднических услуг, но включая целевые затраты на НИОКР, подготовку профильных специалистов и некоторые другие виды расходов) в 2010 г. следует определить как немногим более 170 млрд руб. В 2013 г. эта суммарная величина была на уровне свыше 205 млрд руб., в 2014 г. составила порядка 225 млрд руб., в 2015 г. – 234- 235 млрд руб., а в 2016 г. равнялось примерно 236-237 млрд руб. Иначе говоря, за последние шесть лет рассматриваемые затраты, взятые в ценах соответствующих лет, возросли более чем на треть, а за период с 2014 г. до 2016 г. повысились на 6%. Однако данный рост произошел в подавляющей степени не за счет увеличения физических объемов водоохраной и водосберегающей деятельности, а за счет роста цен.

Рассматриваемые совокупные затраты всех видов и из всех источников финансирования составляли в 2010 г. и в 2011 г. 0,4% по отношению к валовому внутреннему продукту (ВВП), исчисленному в рыночных ценах. В 2012 г. это отношение снизилось до 0,3% и фактически осталось на том же уровне в 2013-2016 гг.

Если говорить о доле рассматриваемых издержек в общей сумме учитываемых (официально идентифицируемых) затрат на охрану окружающей природной среды и рациональное использование природных ресурсов, то расходы на водоохрану и водосбережение в течение последних лет сохранялись на уровне примерно 40-50% (в 2014 г. и 2015 г. – 42%, а в 2016 г. – 50%). Иначе говоря, совокупные издержки на охрану и рациональное использование водных ресурсов, несмотря на определенные колебания их доли от года к году, в целом доминировали в общих природоохранных (природосберегающих) расходах государства. В частности, они ощутимо превышали затраты на охрану атмосферного воздуха, земельных, лесных, биологических ресурсов, регулирование обращения с отходами и т.д.

На основании трех основных групп расходов на охрану и рациональное использование водных ресурсов – текущих затрат, капитального ремонта и инвестиций в основной капитал, составляющих порядка или немногим более 90% суммарного объема всех видов водоохранных и водосберегающих расходов – в табл. 5.1 и 5.2 приведена динамика конкретных видов затрат за последние годы.

Примечание. В 2007 г. Росстат, ссылаясь на международные рекомендации, изменил методологию расчета рассматриваемых затрат. Из общей суммы всех издержек в целом и текущих расходов в частности стали исключаться объемы амортизационных отчислений по основным фондам водоохранного и водосберегающего назначения. Величина данных отчислений в 2005 г. по оценке составила в текущих ценах порядка 11-12 млрд руб., в 2010 гг. – около 30 и в 2011 г. – примерно 34 млрд руб. В 2012- 2016 гг., судя по всему, данная цифра также увеличилась. Следует отметить, что правомерность рассматриваемого исключения продолжает сохранять проблемный (спорный) характер. Более того, международные рекомендации в рассматриваемой области не имеют однозначного вида: часть из них не требует учета соответствующего износа (амортотчислений) в составе соответствующих затрат, осуществляемых предприятиями-природопользователями, а другая часть, напротив, предусматривает обязательность такого учета.

Основная проблема состоит также в том, что сводное статистическое отражение хода и результатов природоохранной деятельности осуществляется не только путем непосредственного учета и анализа соответствующих затрат, но и иными методами. Указанная характеристика должна осуществляться в том числе в рамках макроэкономического анализа с применением методологии системы национального счетоводства и саттелитной (вспомогательной) Системы комплексного природно-ресурсного экономического учета (СНС-СПЭУ). Сущность такого макростатического учета заключается в расчете валовой добавленной стоимости, валовых доходов, валового накопления, конечного потребления и иных макростатических агрегатов в рамках особого экономического сектора – собирательной отрасли, связанной с охраной окружающей природной среды и рациональном природопользованием (с управлением ресурсами), производством товаров, услуг и работ природоохранного и близкого к нему назначения, целевых налогов и субсидий, иных бюджетных трансфертов и т.п. В рамках такого макроучета отражение амортизационных отчислений (износа основных фондов) является обязательным. Мероприятия по постепенному внедрению приведенной системы макроучета в настоящее время реализуются во многих странах мира, включая Россию, силами статистических, природоресурсных/природоохранных и иных органов.

Таблица 5.1. Динамика основных видов затрат на охрану и рациональное использование водных ресурсов, млрд руб.

Показатель 2010 2012 2013 2014 2015 2016
В ценах соответствующих лет (по данным Росстата и дополнительным оценочным расчетам)
Текущие затараты[*] – всего 138 169 173 171 184 195
   в т.ч. без учета оплаты посреднических услуг за транспортировку и очистку
   стоков сторонними организациями[*]
110 131 133 136 145 154
Капитальный ремонт 13,0 13,5 12,4 10,9 10,3 14,1
   Инвестиции в основной капитал (капитальные вложения) 46,0 52,4 59,5 76,3 78,9 67,5
   Всего по трем группам 197 235 245 258 273 277
   в т.ч. без учета оплаты посреднических услуг 169 197 205 223 234-235 236-237
В условно сопоставимых ценах 2010 г.
Текущие затраты – всего 138 144 145 138 127 128
   в т.ч. без учета оплаты посреднических услуг за транспортировку и очистку
   стоков
110 112 113 111 104 105
Капитальный ремонт 13,0 11,5 11,0 9,5 7,5-8,0 9,5
   Инвестиции в основной капитал (капитальные вложения) 46,0 45 48,5 60 54 43
   Всего по трем группам 197 200-201 205-206 208-209 188-189 181-182
   в т.ч. без учета оплаты посреднических услуг 169 167-168 172-173 180-181 166-167 157-158

   

Примечание. В табл. 5.1 (также как и в табл. 5.2) не отражены затраты водного хозяйства, отличные от охраны и рационального использования водных ресурсов – на водоснабжение населения и предприятий, на строительство и ремонт многих водохозяйственных объектов общего назначения и др. В частности, Росстат не включает ряд работ и мероприятий, проводимых на или вблизи водных объектов в состав затрат на охрану и рациональное использование водных ресурсов. Сюда входят, например, затраты на строительство, ремонт и содержание противоэрозионных гидротехнических и береговых сооружений, многих плотин, водонаправляющих, водосбросных и донных сооружений, расходы на защиту от затоплений и подтоплений и др. (они включаются в значительной части в группу затрат на охрану и рациональное использование земельных ресурсов и др.), расходы на прогнозирование и регулирование прохождения паводков и т.д. Общая величина приведенных расходов в середине второго десятилетия текущего века по примерной оценке составляла в целом по стране 10-15 млрд руб./год (по всем ведомствам и организациям; по всем источникам финансирования). 


Таблица 5.2. Динамика основных видов затрат на охрану и рациональное использование водных ресурсов, 2005 г. = 100

Показатель 2010 2012 2013 2014 2015 2016
В ценах соответствующих лет (по данным Росстата и дополнительным оценочным расчетам)
Текущие затараты[*] – всего 100 122 125 124 133 141
   в т.ч. без учета оплаты посреднических услуг за транспортировку и очистку стоков 100 119 121 124 132 140
Капитальный ремонт 100 104 95 84 79 108
   Инвестиции в основной капитал (капитальные вложения) 100 114 129 166 172 147
   Всего по трем группам 100 119 124 131 139 141
   в т.ч. без учета оплаты посреднических услуг 100 117 121 132 138 140
В условно сопоставимых ценах 2010 г.
Текущие затраты – всего 100 104 105 100 92 93
   в т.ч. без учета оплаты посреднических услуг за транспортировку и очистку стоков 100 102 103 101 95 95
Капитальный ремонт 100 88 85 73 62 73
   Инвестиции в основной капитал (капвложения) 100 98 105 130 117 93
   Всего по трем группам 100 102 104 106 96 92
   в т.ч. без учета оплаты посреднических услуг 100 99,5 102 107 98 93

   

При расчете объемов и динамики текущих затрат и капитального ремонта в постоянных ценах в табл. 5.1-5.2 были использованы главным образом положения Методологических рекомендаций по расчету физического объема природоохранных расходов (утверждены приказом Росстата 21.10.2013 г. № 416), а также экспертные оценки и иные сведения. Индексы физического объема инвестиций в основной капитал в рассматриваемой сфере регулярно публикуются Росстатом в последние десятилетия.

Следует иметь в виду, что приведенные цифровые оценки носят несколько условный характер, поскольку непосредственное наблюдение за изменением цен на товары и услуги водоохранной и водосберегающей деятельности отсутствует. Тем не менее, можно утверждать, что приведенные в таблице тренды в целом объективны и отражают реальные процессы.

Суммарный рост всех затрат на охрану и рациональное использование водных ресурсов в стране за два года (2013-2014 гг.) составил в сопоставимых ценах около 7%. Однако в 2015 г. по сравнению с предыдущим годом произошло значительное сокращение рассматриваемых совокупных расходов. При этом данное уменьшение превзошло вышеприведенный рост в предыдущие 2011-2014 гг. Особенно значительно сократились реальные объемы инвестиций в основной капитал и капитальный ремонт.

В 2016 г. по сравнению с предыдущим годом это падение, по предварительной оценке, продолжилось. Значительно снизилась величина профильных инвестиций в основной капитал в сравнимых ценах. Это уменьшение «перекрыло» рост объемов капитального ремонта и небольшое увеличение текущих затрат, что привело к снижению совокупных расходов.

Очевидно, что анализ суммарных затрат во многом целесообразен с учетом относительно длительной ретроспективы и с выявлением более четких и определенных тенденций. Погодные данные (т.е. итоги сопоставления отчетного и предыдущего годов), как правило, могут быть недостаточно показательными, хотя они весьма значимы для краткосрочного анализа.

В этой связи, если более подробно проанализировать основные виды расходов на водоохранные/водосберегающие цели в Российской Федерации, то основные результаты такого исследования можно раскрыть следующим образом.

Можно констатировать, что в целом за 2011-2016 гг. имело место уменьшение физического объема текущих (эксплуатационных и некоторых других) затрат (см. нижние части табл. 5.1 и 5.2). По логике следовало бы ожидать их стабилизации или даже роста в динамике за счет ввода в действие и начала эксплуатации новых водоохранных и сопряженных с ними мощностей. Кроме того, росту рассматриваемых издержек (также как и расходов на капитальный ремонт соответствующих сооружений, оборудования и установок) должно было бы способствовать общее повышение степени износа основных фондов в стране, включая основные фонды по охране и рациональному использованию водных ресурсов, и ряд других факторов. Тем не менее, этого не произошло и не происходит.

Результаты расчетов и анализа имеющейся статистики в длительной ретроспективе свидетельствуют, что медленное и неоднозначное развитие хозяйственной активности как в первом десятилетии XXI в., так и в 2011-2014 гг., а также в условиях самых последних лет не оказало четко идентифицируемого воздействия на динамику эксплуатационных водоохранных (водосберегающих) издержек. Судя по всему, на эту динамику влияет целый комплекс факторов, имеющих порой разновекторную направленность. Характерно, что отмеченное разновекторное влияние имеет место как в целом по России, так и по большинству отраслей/ видов деятельности и регионов страны. Вместе с тем, как отмечалось выше, логично было бы предположить возрастание рассматриваемых затрат.

Теоретически, определенное влияние на возрастание эксплуатационных издержек, кроме отмеченных ранее причин, должно было оказать: а) повышение качественных характеристик работы некоторой части водоохранных и/или водосберегающих объектов в результате их модернизации, с улучшением и убыстрением очистки сточных вод и т.п.; б) имеющие место систематические нарушения технических требований при эксплуатации рассматриваемых объектов; в) другие явления и процессы.

Среди встречных причин, способствующих сокращению текущих (эксплуатационных) затрат водопользователей, несомненно присутствует – правда, в относительно ограниченной степени – внедрение новационных технологий и общая модернизация производства. Они осуществляются, в том числе в целях общего снижения издержек производственного и непроизводственного характера.

Безусловно, что на динамику текущих затрат, в значительной степени также влияла и продолжает влиять группа факторов, связанных усилением или ослаблением контрольно-надзорной деятельности в области охраны и рационального использования воды общей производственной дисциплины и т.д.

Естественно, что имеют место и другие причины, определяющие колебания и/или стагнацию текущих затрат на охрану и рациональное использование водных ресурсов, а также их кратко-, средне- и долгосрочные тенденции.

Можно отметить, что итоги выполненного анализа однозначно свидетельствуют о наличии контрпричин, препятствующих росту рассматриваемых издержек, которые зачастую являются подавляющими, если не доминирующими. Данные факторы, в частности, отражают повсеместное стремление предприятий-водопользователей экономии на соответствующих расходах. Подобная ситуация была характерна как для 90-х гг., так и для первого десятилетия XXI в., включая кризисные 2008-2009 гг. Очевидно, что в 2010-2012 гг. и в 2013-2016 гг. соответствующее воздействие этой группы факторов в целом сохранилось, если не значительно усилилось.

Параллельно со всем этим, целесообразно подчеркнуть, что текущие затраты в водно-канализационном хозяйстве предприятий в подавляющей степени покрываются за счет их издержек производства, то есть непосредственно через стоимость реализуемых товаров и услуг. Роль бюджетного финансирования в данном случае, судя по всему, здесь невелика. Вместе с тем, очевидно участие бюджетов всех уровней управления в покрытии части расходов по аккумулированию, перекачке и очистке сточных вод и некоторым иным работам в коммунальной канализации городов и поселков. Эта доля, скорее всего, в перспективе будет сокращаться в связи со сворачиванием централизованного (бюджетного) покрытия всех расходов жилищно-коммунального сектора и перехода отрасли на полную оплату предоставляемых услуг со стороны абонентов, в том числе физических лиц. Однако в этом случае должны увеличиваться бюджетные расходы на поддержку малоимущих слоев населения по их платежам за услуги коммунальной канализации.

Воздействие текущих водоохранных (водосберегающих) затрат на конечные результаты и общую эффективность экономической деятельности – на объем производства товаров и услуг, себестоимость и уровень рентабельности, прибыль и финансовое состояние предприятий, конкурентоспособность и т.д. – в целом по России в последний период (включая 2014-2016 гг.), как и в предыдущие годы, в целом было невелико. Однако ввиду глубокой дифференциации отраслей и предприятий валовой подход при проведении подобного анализа недостаточен. При развернутом исследовании требуется учитывать ситуацию в отдельных видах деятельности, регионах, а также на конкретных производственных объектах и др.

По логике, экономическая нагрузка текущих водоохранных (водосберегающих) затрат в совокупности с водным налогом/платежами за водопользование, платежами за сбросы загрязняющих веществ в водные объекты, налогом на добычу полезных ископаемых (в части подземных вод) и т.д. должна особо ощущаться в низкорентабельных отраслях, причем не только имеющих высокую водоемкость производства и/или значительное загрязнение водных объектов. Аналогичную нагрузку испытывают относительно небольшие убыточные предприятия или объекты-водопользователи с неустойчивым финансовым положением.

Исследование влияния текущих водоохранных (водосберегающих) затрат на конечные результаты хозяйственной деятельности в той или иной отрасли должны проводиться в увязке с налоговой нагрузкой. Одновременно, требуется учитывать влияние рассматриваемых издержек на изменение цен и систему тарифного регулирования (например, тарифов на услуги коммунального водопровода и канализации в городах и поселках).

Если попытаться охарактеризовать более детально структуру текущих затрат на охрану и рациональное использование водных ресурсов (без учета оплаты сторонних услуг), то можно отметить следующее. Из их общего объема в 132,8 млрд руб. (2013 г.) 129,3 млрд руб., или свыше 97% покрылись за счет собственных источников отчитавшихся водопользователей. Общая величина указанных текущих расходов включает 60,5 млрд руб. материальных затрат (сырье и материалы, топливо, электроэнергия, инструменты, приспособления и др.) и 39,8 млрд руб. оплаты труда с учетом отчислений на социальные нужды работников по эксплуатации соответствующих сооружений, оборудования, установок и др.

Для сравнения можно отметить, что в 2014 г. из 136,5 млрд руб. всех текущих издержек 131,8 млрдруб. (почти 97%) были осуществлены за счет собственных источников предприятий-водопользователей. В общую сумму вошли 66,2 млрд руб. материальных затрат и 42,8 млрд руб. оплаты труда.

В 2015 г. приведенные цифры оказались следующими: суммарные текущие затраты были на уровне 145,1 млрд руб., затраты из собственных источников – 141,3 (свыше 97%); при этом материальные затраты составляли 66,1 млрд руб., а оплата труда – 46,9 млрд руб.

Что касается 2016 г., то при общей величине непосредственных затрат на предприятиях в 154,3 млрд руб. на собственные источники пришлось 150,4 млрд руб. (97,5%). Сумма материальных затрат возросла до 71,1 млрд руб., оплата труда – до 49,2 млрд руб. Таким образом, доля собственных средств в составе текущих издержек все последние годы была стабильна.

Значительный интерес в данном случае представляет оплата сторонних услуг по приему, транспортировке, очистке и сбросу сточных вод (прежде всего, услуг коммунальной канализации в городах и поселках). Эти объемы, не вошедшие в вышеприведенные величины, составили в 2013г. 39,4 млрд руб.; 2014 – 34,9; 2015 – 39,2 и в 2016 г. – 40,7 млрд руб. Определенная часть данных издержек покрывалась самими предприятиями-водопользователями и/или физическими лицами, а часть платежей покрывалась за счет бюджетных перечислений. Падение рассматриваемого объ ема в 2014 г. вероятно было связано, в том числе, с общей задержкой оплаты услуг, оказываемых коммунальной канализацией, абонентам-водопользователям.

Для динамики капитального ремонта водоохранных (водосберегающих и близким им по профилю) объектов – сооружений по очистке сточных вод, систем оборотного водоснабжения, станций по приему балластных и других вод судов и т.п. – характерно наличие общей тенденции по сокращению соответствующих расходов, как в 2006- 2010 гг., так и в 2011-2014 гг. В 2015 г. по сравнению с 2014 г. падение продолжилось в номинальном и реальном плане. Однако, в 2016 г. и в том и в другом исчислении имел место ощутимый рост этих издержек (табл. 5.1 и 5.2).

Сравнительный анализ данных за 2015 г. в сопоставлении с 2014 г., проведенный в территориальном разрезе, позволяет сделать следующие выводы. В этот период в одних субъектах Российской Федерации зафиксирован рост реальных затрат на капитальный ремонт водоохранных и водосберегающих сооружений, установок и оборудования, а в других субъектах – снижение этих издержек. В первую группу, в частности, вошли республики Марий Эл, Чувашская, Удмуртская, Тыва, а также Калужская, Костромская, Орловская, Тамбовская, Калининградская, Мурманская, Ростовская, Оренбургская, Тюменская, Иркутская области и др. Во вторую группу входят Республики Карелия, Мордовия, Бурятия, Забайкальский, Хабаровский и Камчатский края, Брянская, Владимирская, Липецкая, Смоленская, Волгоградская, Кемеровская, Новосибирская, Омская, Магаданская области, Еврейская автономная область, г. Москва и ряд иных регионов.

Что касается сравнений 2016 г. с предыдущим 2015 г., то при общем увеличении объемов капитального ремонта водоохранных и водосберигающих сооружений, установок и оборудования, соответствующее увеличение было особо значимым по водопользователям, входящих в виды деятельности «сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство»; «целлюлозно-бумажное производство; издательская и полиграфическая деятельность»; «производство, передача и распределение электроэнергии, газа и горячей воды», а также «сбор, очистка и распределение воды». Одновременно, возросли, но в менее весомых масштабах, объемы капремонта на объектах, относящихся к «производству пищевой продукции, включая напитки и табака» и «металлургическому производству и производству готовых металлических изделий» и др. Вместе с тем, на объектах, относящихся к видам деятельности «обработка древесины и производство изделий из дерева» и «сбор сточных вод, отходов и аналогичная деятельность» в весьма ощутимой степени, а по предприятиям, входящим в виды деятельности «добыча полезных ископаемых», «производство кожи, изделий из кожи и производство обуви», «производство кокса, нефтепродуктов и др.», «химическое производство», «производство транспортных средств и оборудования» и «транспорт и связь» – в меньшей степени, отмечено снижение рассматриваемых издержек.

В территориальном разрезе изменения в 2016 г. по сравнению с предыдущим годом характеризовались следующими явлениями. В частности, наибольший рост данных затрат наблюдался в Псковской, Новосибирской, Кемеровской, Магаданской, Сахалинской областях, Краснодарском, Камчатском и Хабаровском краях, а также в республиках Карачаево-Черкесской, Удмуртской, Бурятии и некоторых других субъектах Российской Федерации. Характерно, что в Тюменской области это увеличение сопровождалось снижением данного показателя в Ханты-Мансийском и Ямало-Ненецком автономных округах. В Брянской, Воронежской, Липецкой, Московской, Челябинской областях, Приморском крае и т.д. этот рост также имел место, но в относительно меньших масштабах. В Республике Крым в 2016 г. по сравнению с 2015 г. наблюдался очень большой рост (в десятки раз) рассматриваемого показателя; в г. Севастополь это увеличение также было весьма значительным.

Характерно, что объемы капитального ремонта далеко не всегда корреспондируются с величиной соответствующих основных фондов. Судя по всему, решающим фактором проведения работ является не столько объем этих фондов, сколько наличие необходимых средств для организации капремонта, степень износа фондов и другие факторы. Из приведенных данных также очевидно, что эти ремонтные работы имеют спорадический характер.

По имеющимся приблизительным оценкам общая стоимость водоохранных/водосберегающих фондов в целом по России в настоящее время значительно превышает 500 млрд руб. (что составляет всего лишь порядка 0,5% от стоимости всех основных фондов страны). Общая степень их износа практически неизвестна (надежная сводная статистика практически отсутствует). Тем не менее, об этой величине можно судить по общему износу в ряде отраслей. В частности, по виду деятельности «производство и распределение электроэнергии, газа и воды» этот показатель в 2012-2015 гг. был на уровне 48-49%, а по виду деятельности «предоставление прочих коммунальных, социальных и персональных услуг» – почти 41-45%. Напомним, что в приведенных видах деятельности сконцентрирована основная часть водопроводно-канализационного хозяйства городов и поселков. В качестве справки: средний уровень износа основных фондов в отечественной экономике составлял в последние годы 48-49%.

Исходя из приведенных сведений, можно сделать следующий вывод: положение с капитальным ремонтом требует целевого, расширенного и детализированного анализа, а также принятия по его итогам адекватных и оперативных мер. Это связано, в частности, с продолжающимся старением основных фондов (в т.ч. водоохранного и водосберегающего назначения) и отсутствием в должных масштабах их капитальной реконструкции, модернизации и/или полной замены.

Что касается ситуации с водоохранными и водосберигающмим инвестициями в основной капитал, то она является весьма неоднозначной. Говоря о ретроспективе, целесообразно подчеркнуть, что в конце первого – начале второго десятилетия XXI в. эти инвестиции начали медленно увеличиваться. Однако этот тренд имел отнюдь не линейный характер и весьма варьировал. В частности, 2005-2007 гг. объемы рассматриваемых капиталовложений в сопоставимых ценах были близки друг другу (с очень медленным ростом). В 2008 г. по сравнению с 2007 г. произошло заметное увеличение водоохранных (водосберегающих) инвестиций, в 2009 – ощутимое падение, а в 2010 г. по сравнению с предыдущим годом вновь был отмечен значительный рост. В результате уровень 2010 г. в сопоставимых ценах примерно в два раза превзошел уровень 2000 г. Однако до восстановления объемов инвестиций в масштабах конца 80-х гг. было еще далеко (как и продолжает оставаться в настоящее время).

В 2011 г. по сравнению с 2010 г. данные инвестиции в основной капитал в номинальном выражении (т.е. в текущих ценах) увеличились. Однако в сопоставимых ценах, (т.е. в реальном исчислении), эти капитальные затраты несколько снизились. В 2012 г. по сравнению с предыдущим годом, произошел рост рассматриваемых капиталовложений в текущих и сопоставимых ценах. В результате данный объем оказался чуть меньше уровня 2010 г.

В 2013 г. по сравнению с предыдущим годом эта величина повторно и ощутимо возросла – и в номинальном исчислении, и в сопоставимых ценах. В 2014 г. по сравнению с предыдущим годом данный рост был еще более высоким: по оценке на уровне 24%.

Однако, в 2015 г. и еще больше в 2016 г. рассматриваемые инвестиции в реальном выражении очень сильно уменьшились (см. табл. 5.1-5.3). Иначе говоря, в 2016 г. ситуация с водоохранными и водосберегающими капитальными вложениями оказалась существенно хуже многих предыдущих лет. По приблизительным оценкам в сопоставимых ценах они сократились по сравнению с 2014 г. почти на 30%, с 2010 г. – на 7%, а с 2005 г. – примерно на 6-7%.

Если проанализировать отраслевой разрез динамики рассматриваемого показателя, то целесообразно отметить следующее. В 2015 г. по сравнению с предыдущим годом значительный рост рассматриваемых капиталовложений по сути зафиксирован лишь по двум видам экономической деятельности – «производство транспортных средств и оборудования» и «удаление сточных вод, отходов и аналогичная деятельность». Кроме того, определенное увеличение произошло по предприятиям, относящимся к виду деятельности «производство пищевых продуктов, включая напитки, и табака» и в некоторых иных отраслях.

По ряду видов деятельности отмечалось сокращение инвестирования в охрану и рациональное использование водных ресурсов. Особо значительным оно было в видах деятельности «обработка древесины и производство изделий из дерева», «производство резиновых и пластмассовых изделий», «производство машин и оборудования». Кроме того, определенное уменьшение зафиксировано по объектам, относящимся к видам деятельности «металлургическое производство и производство готовых металлических изделий», «транспорт и связь» и др.

Таблица 5.3. Динамика физического объема инвестиций в основной капитал, в % к предыдущему году (по данным Росстата)[*]

Показатель 2000 2005 2010 2012 2013 2014 2015 2016
Инвестиции в целом в экономику страны 117,4 110,2 106,3 106,8 100,8 98,5 89,9 99,1
в т.ч. инвестиции в водоохранные (водосберегающие) мероприятия 121,2 145,2 108,7 105,3 107,6 122,5 90,5 79-80[*]

   

Если осуществить аналогичный анализ в территориальном разрезе за 2015 г., сравнив его с 2014 г., то рост водоохранных/водосберегающих капиталовложений имел место на предприятиях в республике Мордовия и Татарстан, а также в Кировской, Самарской, Ульяновской, Свердловской, Новосибирской, Омской, Сахалинской областях и т.п.

Сокращение инвестирования в реальном исчислении произошло на объектах-водопользователях в Республике Хакасия, в Камчатском крае, Магаданской, Кемеровской, Челябинской областях и в ряде других субъектах Федерации.

Итоги проведения данного анализа за 2016 г. по сравнению с 2015 г. показывают несколько иную ситуацию, поскольку водоохранные/водосберегающие инвестиции в целом по стране сократились как в текущих, так и тем более сопоставимых ценах. В наиболее высокой степени соответствующие капиталовложения уменьшились на предприятиях и организациях, относящихся к видам деятельности «обрабатывающие производства»», прежде всего по объектам по производству кокса и нефтепродуктов, а также по производству пищевых продуктов, включая напитки, и табака. Кроме того, значительно снизился рассматриваемый объем по виду деятельности «производство, передача и распределение электроэнергии, газа, пара и горячей воды». В относительно меньшей степени величина рассматриваемых инвестиций сократилась по видам деятельности «металлургическое производство и производство готовых металлических изделий», «производство транспортных средств и оборудования», «транспорт и связь» и др.

Параллельно с этими процессами имели место и некоторые позитивные явления. В частности, был отмечен значительный рост водоохранных/ водосберегающих инвестиций, исчисленных в сопоставимых ценах, по объемам, относящимся к видам деятельности «удаление сточных вод, отходов и аналогичная деятельность», а также «целлюлозно-бумажное производство; издательская и полиграфическая деятельность», «сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство». Кроме того, отмечено некоторое увеличение данных капиталовложений по виду деятельности «добыча полезных ископаемых», в первую очередь по подвиду «добыча топливно-энергетических полезных ископаемых» (по объектам добычи полезных ископаемых, кроме топливно-энергетических ресурсов, имело место снижение инвестирования в водоохранные и водосберегающие мероприятия).

Если подходить с позиции территориального изучения, то в 2016 г. по сравнению с 2015 г. водоохранные/водосберегающие инвестиции, при их общем сокращении в номинальном и реальном выражении в целом по стране, особо значительно уменьшились в Орловской, Рязанской, Калининградской, Мурманской, Новгородской, Свердловской областях, Пермском крае, Республике Мордовия и т.д. В относительно меньших объемах рассматриваемые капиталовложения уменьшились по объектам расположенным в Белгородской, Московской, Смоленской, Новосибирской, Омской, Магаданской областях, Краснодарском и Хабаровском краях, а также в Республике Татарстан и Чувашской Республике и др. Параллельно с общей тенденцией уменьшения водоохранных и водосберегающих инвестиций наблюдались случаи роста данных капиталовложений в отдельных регионах. В частности, в особо значимых объемах эти капиталовложения в 2016 г. по сравнению с предыдущим годом увеличились в Курской, Вологодской, Ленинградской, Челябинской, Пензенской, Иркутской, Томской областях, Ставропольском и Алтайском краях, республиках Бурятия и Хакассия, Чукотском АО и др. В относительно меньшей степени этот рост наблюдался по водопользователям Вологодской, Тверской, Архангельской, Волгоградской, Нижегородской областях, в республиках Коми и Удмуртская, г. Москве и ряде других регионов. В 2016 г. по сравнению с предыдущим годом в Республике Крым наблюдался значительный рост, а в г. Севастополь – ощутимое сокращение водоохранных и водосберегающих инвестиций.

По официальным данным Росстата в 1991 г. доля капиталовложений в водоохранные и водосберегающие объекты составляла около 1% от общей суммы инвестиций в народное хозяйство страны, в 2000 г. эта доля снизилась до 0,7%, в 2005 г. составила почти 0,8%. В 2010 г. рассматриваемый показатель был на уровне 0,5 %, в 2011 г. – 0,44 %, а в 2012 г. снизился до 0,42%. В 2013 г. этот уровень незначительно поднялся – до 0,45%, в 2014 г. снова возрос – до 0,56%, в 2015 г. составил 0,54%, а в 2016 г. повторно снизился до 0,46%.

Доля водоохранных (водосберегающих) капиталовложений в общей сумме российских природоохранных инвестиций в основной капитал в 1991 г. была на уровне двух третей, 2000 г. – 37%, 2005 г. – свыше 44%. В 2010 г. данное отношение возросло почти до 52%, в 2012 г. было на уровне 45%. В 2013 г. рассматриваемая доля по сравнению с предыдущим годом незначительно увеличилась – до 48%, в 2014 г. также незначительно снизилась – до 45%, в 2015 г. составила 52%, а в отчетном 2016 г. вновь упала до 48%.

Следует отметить отсутствие сопряженности между инвестициями в экономику в целом и в охрану и рациональное использование водных ресурсов в частности (табл. 5.3). В отдельные годы при общем росте капиталовложений в экономику страны инвестиции в основной капитал на охрану и рациональное использование водных ресурсов снижались. Также имеют место обратные факты – значительное опережение водоохранного инвестирования по сравнению с динамикой общеэкономических капитальных вложений. Особо заметные расхождения в этом плане наблюдались в 2005-2008 гг. В 2009-2010 гг. рассматриваемые показатели оказались достаточно близкими, в 2011 г. вновь разошлись, в 2012 г. снова сблизились, а в 2013 г. опять ощутимо не совпадали. В 2014 г. это расхождение еще больше возросло. В 2015 г. и общие инвестиции в экономику страны, и капиталовложения в охрану и рациональное использование водных ресурсов по оценке значительно снизились.

В отчетном 2016 г. и те, и другие капиталовложения снизились в реальном исчислении по сравнению с 2015 г. При этом водоохранные/водосберегающие инвестиции уменьшились в гораздо более значимых размерах, нежели все инвестиции в экономику страны (табл. 5.3).

Основными инвесторами и источниками финансирования в водоохранные и водосберегающие мероприятия в истекшем периоде XXI в. являлись предприятия-водопользователи и их средства (свыше половины всех соответствующих капитальных вложений в последние годы). Ощутимая доля приходится также на бюджеты субъектов Российской Федерации и местные бюджеты. Роль федерального бюджета относительно невелика. В 2010 г. соответствующее распределение выглядело следующим образом: свыше 63% финансировалось из средств водопользователей, 21% – из бюджетов субъектов Российской Федерации и местных бюджетов, около 15% – из федерального бюджета. В 2012 г. эта структура несколько изменилась и составляла соответственно 69,5%, 13%, более 17%. В 2013 г. она оказалась на уровне 72%, 7% и 12%.

В 2014 г. эти пропорции равнялись 87% (средства водопользователей), 5% (бюджеты субъектов Федерации и местные бюджеты) и 6% (федеральный бюджет); в 2015 г. – соответственно 88%, около 5% и немногим более 4%; в 2016 г – около 82%, 10% и почти 6%.

Таким образом, по данным официальной статистики доля собственных средств водопользователей в рассматриваемых инвестициях за последние годы существенно увеличилась, а доля бюджетных источников всех уровней управления уменьшилась.

Прочие источники финансирования капиталовложений составляли и составляют незначительную величину. В частности, на долю сохранившихся в отдельных субъектах Российской Федерации экологических фондов в 2010 г. приходилось в общей сложности около 263 млн рублей, или всего лишь 0,6% общего объема водоохранных/водосберегающих инвестиций в основной капитал в стране. В 2012 г. затраты из данного источника упали до 46 млн руб., или до 0,1%, а в 2013 г. оказались практически ничтожными – 1,1 млн руб.

В 2014 г. этот объем несколько увеличился (до 1,7 млн руб.), однако по сути оставался таким же мизерным. В отчетном 2015 г. рассматриваемая величина дополнительно возросла (примерно до 6,8 млн руб., что составило 0,04% от общего объема соответствующих капвложений). В отчетном 2016 г. средства из этого источника на водоохранное (водосберегающее) инвестирование отсутствовали.

Обращает внимание то, что по данным Росстата на государственный сектор экономики страны в 2011 г. приходилось свыше 21 млрд руб. инвестиций в основной капитал на охрану и рациональное использование водных ресурсов (т.е. почти половина общего объема таких капиталовложений). В 2013 г. эти цифры составляли соответственно 27 млрд руб. и также немногим менее 50%, а в 2014 г. – 23 млрд руб., или 30%. По итогам за 2015-2016 гг. разбивка на государственный и негосударственный сектора, к сожалению, не проводилась.

В 90-х гг. XX в. резко сократился ввод в действие водоохранных объектов, особенно по водооборотным системам. В последующий период, включая истекшие годы XXI в., динамика указанного ввода не имела устойчивых тенденций и характеризовалась как значительным ростом (например, в 2009 г.), так и не менее значительным падением в отдельные периоды (в частности, в 2010 г.). Два года – 2011-2012 гг. – в целом характеризовались средними масштабами этих вводов. В 2013 г. эти величины ощутимо выросли. В 2014 г. по одной из позиций – системам оборотного водоснабжения – произошел значительный спад, а по станциям по очистке стоков – наоборот, спад; в 2015 г. ситуация носила обратный предыдущему году характер. Что касается отчетного 2016 г., то здесь вводы в действии станций по очистке сточных вод несколько увеличились, а системы оборотного водоснабжения ощутимо сократились (см. табл. 5.4).

Таблица 5.4. Ввод в действие мощностей по охране и рациональному использованию водных ресурсов (по данным Росстата)

Показатель 1990 г. 2000 г. 2005 г. 2010 г. 2012 г. 2013 г. 2014 г 2015 г. 2016 г.
Станции по очистке сточных вод, тыс. м3/сут. 1993 231 1292 462 1247 1946 2850 360 411
Системы оборотного водоснабжения, тыс. м3/сут. 8359 135 1090 1050 745 2899 460 1906 464

   

Что касается 2014 г., то главные мощности по очистке стоков были введены в составе видов деятельности «сбор, очистка и распределение воды» (46% от общего ввода в действие по экономике страны), «производство пищевой продукции, включая напитки, и табака» (21%), «добыча металлических руд» (6%), «удаление сточных вод, отходов и аналогичная деятельность» (2%) и др. Следующий 2015 г. характеризовался масштабными вводами рассматриваемых очистных объектов в видах деятельности «производство, передача и распределение электроэнергии, газа и воды» (38% от суммарной величины по России), «обрабатывающие производства» (14%), «добыча полезных ископаемых» (почти 8%) и по ряду других видов деятельности.

В 2016 г. окончание строительства данных водоохранных объектов пришлось на предприятия, относящиеся к «добыче полезных ископаемых» (5% общей величины по стране), «металлургическое производство и производство готовых металлических изделий» (7%), «строительство» (6%), «сбор, очистка и распределение воды» (3%). Однако, подавляющая часть этого ввода была осуществлена на объектах, отраслевая принадлежность которых не была раскрыта в свободных данный Росстата.

По системам оборотного водоснабжения в 2014 г. основные введенные мощности пришлись на виды деятельности «химическое производство» и «металлургическое производство и производство готовых металлических изделий» (по 26% от суммарного объема вводов по стране), «сбор, очистка и распределение воды» и «удаление сточных вод, отходов и аналогичная деятельность» (по 13%), а также «добыча полезных ископаемых» (9%) и т.д.

Следующий, то есть 2015 г., характеризовался крупными вводами «оборотки» на объектах, относящихся к видам деятельности: «химическое производство» (63% от общероссийской величины), «металлургическое производство и производство готовых металлических изделий» (17%).

Если дать характеристику 2016 г., то основная часть введенных систем оборотного водоснабжения пришлась на водопользователей в видах деятельности «добыча полезных ископаемых» (более 40% суммарного объема), «металлургическое производство и производство готовых металлических изделий» (11%), «производство кокса и нефтепродуктов» (39%), «химическое производство» (8%).

В территориальном разрезе в 2014 г. по системам очистки стоков лидерами оказались Новосибирская область (25% от суммарной величины по стране), Белгородская область (22%), г. Москва (21%), Нижегородская область (17%), Магаданская область (6%) и др.

В 2015 г. ввод рассматриваемых мощностей в целом по России был значительно меньше, нежели в 2014 г. Среди регионов, в которых было завершено строительство сооружений по очистке сточных вод в наибольших масштабах, были Кемеровская область (32 % от общероссийского объема), Красноярский край (14%), Оренбургская область (11%); Республика Татарстан (свыше 7%), Московская область (6%) и др.

Территориальная характеристика объектов по очистке стоков, строительство которых было окончено в 2016 г. (общей мощностью 411 тыс. м3 в сутки), была следующей. На долю Мурманской области приходится 36% общероссийской величины, на г. Москву – 11%, Оренбургской области – 10, Свердловской области – 7%, Смоленской области – 6%, Кемеровской области – 4%.

В 2014 г. наибольшие мощности по оборотному водопользованию введены в Тульской области (26% от всех вводов по России в рассматриваемом году), Белгородской области (25%), Свердловской и Иркутской областях (по 13%) Красноярском крае (7%) и т.д.

Что касается 2015 г., то ввод в действие «оборотки» составил в целом по стране 1906 тыс. м3 в сутки. Наиболее значительными эти вводы оказались в Республике Татарсстан – 1196 тыс. м3, или 63% от общероссийской величины; в Республике Башкортостан – 80, или 4%; в Забайкальском крае – 89, или около 5%; в Тюменской области – соответственно 108, или примерно 6%; Иркутской области – 101 тыс. м3, или свыше 5%.

В отчетном 2016 г. главные объекты вводов в действие систем оборотного водоснабжения приходилась на Ленинградскую область (39% от всего объема), Забайкальский край (около 38%), Пермский край (8%) и Ставропольский край (4%). Общий ввод этих объектов по стране составил 464 тыс. м3 в сутки.

Кроме вышеназванных водоохранных (водосберегающих) объектов в 2014 г. было закончено строительство 211 установок (систем) по сбору нефти, мазута, мусора и других жидких и твердых отходов с акваторий рек, открытых водоемов, портов и т.д. Основная часть этого ввода приходилась на Республику Саха (Якутия) – 41 ед., Иркутскую область – 36 ед., Томскую область – 16 ед., Архангельскую область – 10 ед. и др.

В 2015 г. ввод в действие рассматриваемых установок равнялся 427 ед. Из них 74 ед. было введено в Республике Коми, 61 – в Республике Башкортостан, 210 – в Тюменской области (все в Ханты-Мансийском АО), 54 – в Вологодской области, 5 ед. – в Архангельской области и т.д.

Относительно 2016 г. следует сказать, что основная часть (почти 90%) из всех 626 систем и установок по сбору нефти, мазута, мусора и других жидких и твердых отходов с соответствующих водных акваторий, введенных в этом году, приходится на Тюменскую область (52% от общей величины), Хабаровский край (около 15 %), Иркутскую область (12%) и Пермский край (11%).

Подытоживая все вышеизложенное, можно отметить, что за период 2001-2008 гг., при общем ощутимом росте экономики и весьма невысоком увеличении суммарных затрат на охрану и рациональное использование водных ресурсов, а также отсутствии роста ввода в действие водоохранных и водосберегающих мощностей, наблюдалась тенденция снижения водопотребления и сброса загрязненных сточных вод в целом по Российской Федерации.

В последующие годы, в том числе в самый последний период, влияние экономического кризиса, слабо прогнозируемой посткризисной ситуации и повторных общекризисных факторов на водное хозяйство и охрану водных объектов, а также на эффективность использования выделяемых средств и т.д., представляется противоречивым, разновекторным и далеко не всегда идентифицируемым по конкретным масштабам, уровню воздействия на различные виды водопользования и причинно-следственные связив конкретных видах деятельности и регионах. Тем не менее, очевидны также тенденции по сокращению водопотребления и сброса загрязненных стоков в водоемы страны (с небольшим варьированием по отдельным годам).

В этой связи актуальным является дальнейшее развернутое, углубленное и детализированное исследование в данной области.